Ничего не должно предугадывать вперед, а должно все, что Господу угодно будет послать, принимать и считать за великую милость Божию.

прп. Иларион Оптинский

 

Сколько себя помню, я всегда любила море — любовью, как и оно само, бескрайней, с неизменными оттенками романтизма и лиричности, напоминающими о светлой грусти, ностальгии и первой любви. В поэтических строчках я бы выразила это примерно так:

Время с ветром уносятся в дали,

Оставляя седыми виски,

И ломоть, замасленный счастьем,

И мильоны кусочков тоски.

Я живу и с улыбкой мечтаю,

Не оглядываясь назад,

Что впереди меня ждут только море,

Только твои глаза.   

 

Каждый раз радуюсь, когда появляется возможность отправиться к морю и отдохнуть. Накануне одной из таких поездок мне по почте пришла посылка от одного доброго воцерковленного друга. На дне коробки лежала икона святого праведного воина Феодора Ушакова с благословением Санаксарского монастыря, что в Мордовии, и Святое Писание. Тогда я даже не могла предполагать, что будет положено начало новой главе в моих взаимоотношениях с морем. Хотя содержимое посылки оказалось неожиданным и привело меня в замешательство, я, конечно, обрадовалась вниманию давнего друга и новой иконе, и бережно поставила образ на полку рядом с иконой святой равноапостольной царицы Елены. Посылка никак не выходила у меня из головы. Почему образ святого адмирала, почему сейчас, с какой целью? Несмотря на сомнения, икону я все-таки положила в чемодан, аккуратно завернув в светлый шелковый платок.

 

 

На поездку у меня было много планов на беззаботный отдых, любование морем — таким теплым и ласковым. Совсем скоро я прилетела в аэропорт Симферополя. Взяв автомобиль на прокат, отправилась в «город славных моряков». Севастополь встретил меня золотистыми лучами восходящего солнца. Поселившись в Балаклавской бухте с прекрасным видом на море, я начала с того, что мысленно пробежалась по пунктам «дорожной карты» моего предстоящего вояжа, в которой значились и полет на параплане в Коктебеле, и морская прогулка со стартом из Балаклавской бухты, и поездка на Фиолент, и посещение аквапарков, и море, море, море. Помолившись о благополучном исполнении моего плана и поблагодарив Бога за возможность снова увидеть море, я улыбнулась себе и отправилась на Фиолент в надежде посетить живописный Яшмовый пляж с природной мозаикой из разноцветных камушков.

Автомобиль скользил по дорогам Севастополя, солнышко играло на лаке. Припарковав машину на специально отведенной для этих целей площадке, я с рюкзачком наперевес направилась к утопающей в зарослях плюща и дикого можжевельника, объятой ароматами нагретых солнцем фисташки и сосновой смолы знаменитой каменной лестнице из 800 ступеней, ведущей на вожделенный пляж.

 

 

И тогда начались чудеса — самые невероятные, не оставившие камня на камне от моего плана праздной поездки к морю и превратившие ее в наполненное паломническое путешествие по Крыму. За считанные секунды поднялся ветер, бесцеремонно подхватил и унес мою панаму. Она «поплясала» перед глазами и рванула ввысь, как белая чайка. Затем, словно по команде (спустя время я поняла, по чьей именно), налетели не просто облака — тучи, и передо мной, растерянной и изумленной быстротой смены картинки, развернулся природный спектакль такой драматической силы, что нарочно не придумаешь. Начался не просто дождь — ливень. О намеченных планах можно было забыть! Спрятавшись под могучую крону вековой крымской сосны, я все равно промокла до нитки.

 

 

На море творилось что-то невообразимое. Вода стала иссиня-черного цвета вперемешку с белыми всплесками морской пены — такого я еще не видела никогда. Море, бедное, было точно сковано агональными судорогами, бушевало, выходило из себя. Воистину «грозные бури» обрушились на Фиолент!

Вдруг неодолимой силы молния рассекла небо надвое. Этот свет точно вернул моему сознанию кристальную ясность. В голову пришла мысль о том, что я прогневала Бога, поведав Ему свой пустой план. В тот час он был полностью отменен, и Высшие силы, точно одобрив это, благосклонно сменили гнев на милость. «Взбешенные», как цепные псы, тучи вмиг растворились, и засияло солнце!  Я еще долго стояла и любовалась величием Свято-Георгиевского монастыря, точно парящего между небом и землей на фоне расстилающегося бескрайнего Черного моря, ощущая душу свою омытой и чистой, как после святого таинства Евхаристии. Слава Богу за всё!

 

 

Все последующие дни пребывания в Крыму были наполнены благодатью, и я, вспоминая об этом спустя годы, испытываю такое же тепло на душе, как и тогда, находясь на отвесных скалах Фиолента. С того дня мне уже не хотелось ни парапланов, ни катеров, ни аквапарков. В поездку по милости Божией я посетила литургию в Покровском соборе в Севастополе, побывала в обители святого Климента и в Свято-Владимирском кафедральном соборе в Херсонесе. Тогда я поняла, что для моего путешествия вовсе не нужен план! Улочки Севастополя и дороги Крыма сами приводили меня туда, где я черпала силы из неиссякаемого источника, укрепляясь в вере и прославляя в мысленных молитвах имя Господа за Его чудеса и милость!

В один из дней отдыха прогулка по Севастополю привела меня на улицу Суворова к главному военно-морскому памятнику города — Собору Святого князя Владимира, в подземном склепе которого покоятся прославленные адмиралы Российского императорского флота: Лазарев, Корнилов, Истомин, Нахимов. Я с интересом узнала о том, что в соборе находится икона с частицей мощей святого праведного воина Феодора Ушакова. Это место показалось мне погруженным в оглушительную тишину мраморным ковчегом, который вечно будет хранить память о горькой и прекрасной истории Черноморского флота. В стенах собора я чувствовала гордость за величие русского духа и русского оружия!

Вот к чему привела меня посылка с образом великого русского святого! Вот в чем замысел Божий, изменивший цель моего приезда в Крым задолго до того, как он состоялся! И необычное появление в доме образа святого, и это чудесное путешествие, и грозная стихия, разыгравшаяся на Фиоленте, предвосхитили благодатные, наполненные солнечным и духовным светом дни в Крыму! Так, все вопросы, связанные с нежданной посылкой, отпали сами собой, и, вдохновившись, я стала вспоминать, что мне известно об адмирале Ушакове. Все то, что должен знать всякий уважающий историю своей Отчизны русский человек: что он был прославленным флотоводцем, новатором, патриотом, смиренным подвижником, «великим милосердцем» — а с 2001 года стал святым покровителем русского воинства!

 

 

На протяжении путешествия я «собирала» чудеса, которые, как морские камушки, встречались у меня на пути! Как-то вечером, не пожелав покидать Балаклавскую бухту, я устроилась на бетонном променаде среди местных рыбаков. О разном «судачили» балаклавцы: в основном, как отлично «идет» кефаль и барабулька. Вдруг я невольно стала свидетелем разговора старичка с внуком: дед рассказывал подростку о легендарном штурме и взятии Корфу эскадрой Ушакова. Я затаила дыхание! Неужели святой взял меня под свое покровительство, удивительным образом ведя по местам своей славы?!

Когда рассказ был завершен, я извинилась и поблагодарила пожилого мужчину, протянув ему руку. Он крепко сжал мою ладонь в своей — натруженной, шершавой, с белыми складками от морской соли. Мы еще немного поговорили, а, когда прощались, он заметил мой интерес к личности непобедимого адмирала и посоветовал отправиться в поселок Новофёдоровку. Прочитав в моих глазах вопрос, он тихо сказал: «Не спрашивай — поезжай, дочка, — сама все увидишь, а, даст Бог, и почувствуешь».

Проснувшись на рассвете, я помолилась перед дорогой и отправилась в таинственную Новофёдоровку, о которой впервые услышала от старичка на причале. Симферопольское шоссе уносило мой автомобиль на север, в Сакский район Крыма. Дисплей на приборной панели показывал: половина девятого утра, четвертое августа. Значит, завтра день прославления святого праведного воина Феодора Ушакова! В том, что поездка в приморский поселок — очередной приготовленный для меня подарок, я уже не сомневалась!

Двигаясь по дороге, я успевала смотреть по сторонам: то море, то персиковые сады и виноградники, то уже знакомый мне древний пещерный Инкерманский монастырь. Совершенно внезапно моему взору открылся храм. — я невольно сбросила скорость, и автомобиль медленно «поплыл» и остановился на обочине.

 

 

Золотые главы блестели на фоне безупречной синевы крымского неба. В куполах отражались пуховые облака, подобные легкой морской пене. Белокаменный красавец походил на расправивший все паруса флагманский корабль, за которым следует бесконечная небесная эскадра. Так я оказалась у ворот Храма святого праведного воина Феодора Ушакова! «Это уже не подарок и даже не чудо! Это Провидение!» — подумала я.  

Порог храма окончательно отделил меня от звонкого курортного легкомыслия. Уникальная фресковая роспись купола и стен храма изобиловала синим и золотым. В своем строгом великолепии в центре возвышался белоснежный каменный иконостас. Эта палитра цветов напоминала море, белые паруса кораблей и немеркнущее сияние славных побед русского воинства во главе с не потерпевшим ни одного поражения флотоводцем.

 

 

 

В душе зарождалась благоговейная вдумчивая молитва у лика святого адмирала. Преклоняя колени перед позолоченным ковчегом, хранящим частицу мощей святого, я как будто почувствовала его живое присутствие. Остатки бушующих внутри страстей заглушила благодатная тишина, и мирские заботы отступили, сменившись безмятежностью.

Выходя из храма, я удивилась, что не заметила, как прошло несколько часов. Оранжевое солнце не спеша начало свой путь навстречу горизонту. Оно не жалело своих красок ни для неба, ни для моря. А еле уловимый аромат ладана смешался с исчезающим морским бризом. Было так благодатно, что не хотелось ни думать, ни говорить. Одно желание посетило меня — сохранить эти удивительные мгновения в памяти и всегда возвращаться к ним. Особенно в моменты, когда «грозные бури» повседневных баталий станут вздымать волны раздражения, гнева и обиды в душе и сердце, и нужно будет вернуть то ощущение тихой и спокойной глади дней, проживаемых по милости Божией.

Когда пришла пора возвращаться в Севастополь, я двигалась вдоль берега и решила остановиться. Море, сдержанное и синее-синее, стало для меня после этой поездки не только местом, покрытым ореолом романтики, как раньше, но и символом героев, неразрывно связанным с личностью легендарного флотоводца, святого праведного воина Феодора Ушакова. Я наблюдала за мерно набегающей волной с белыми барашками морской пены и неторопливо плывущими по небу чуть позолоченными солнцем облаками. Вдруг эта бело-голубая картина замерла в моем сознании как фотоснимок. «Я уже это где-то встречала, – пронеслось у меня в голове. – Точно! Репродукция именно такой картины висела на стене в моем гостиничном номере!» Что же это теперь было: подарок, чудо, послание, воля Божия или мое воображение? Правду говорят, что оно оживает в тишине, изредка перебиваемой разве что шепотом моря…

 

 

Монументальные каменные арки моста-виадука чудесным образом превращаются в легкие, парящие паруса исполинских кораблей, спускающихся с неба. Разве не то же самое произошло с душой великого адмирала? Она, чистая и непорочная, как облако, была послана нам Богом, чтобы оборонять страну от врагов — видимых и невидимых.

В течение отпущенных ему лет адмиралу удалось стереть границы между ратным трудом и небесным служением. И, когда его жизнь подошла к земному закату, он не остановился. Его духовный корабль, расправив белоснежные паруса, вернулся к Творцу в бесконечное море вечности, откуда великий флотоводец, как и прежде, простирает свой молитвенный покров над прославленным русским воинством.

Вскоре мое путешествие закончилось. Я прилетела в родной город, и подаренная икона вернулась на прежнее место. Прошло несколько лет с той памятной поездки, перевернувшей мой взгляд на море, да и на жизнь в целом. С тех пор, сколь велики или ничтожно малы ни были печали и переживания о происходящем, я часто вспоминаю слова со свитка, который держит в руке святой Феодор на иконе: «Не отчаивайтесь! Сии грозные бури обратятся к славе России». В молитве прошу о преодолении жизненных «штормов», обретении духовной крепости, сохранении милосердия.

 

 

Федор Ушаков так наставлял свою команду перед лицом смертельной опасности: «Идя в бой, читайте псалмы …, и вас не возьмет ни пуля, ни сабля!». Помня завет праведного адмирала, я часто повторяю про себя строки из 90 псалма:

«Живы́й в по́мощи Вы́шняго, в кро́ве Бо́га небе́снаго водвори́тся, рече́т Го́сподеви: засту́пник мо́й еси́ и прибе́жище мое́, Бо́г мо́й, и упова́ю на Него́».

Казалось бы, что можно еще добавить? Пожалуй, это все. Хотя, нет. Вернусь к строкам, с которых начала свое повествование, – теперь в одну из них я вкладываю совсем иной смысл. Надеюсь, внимательный читатель это увидит, а, даст Бог, и почувствует:

 

Я живу и с улыбкой мечтаю,

Не оглядываясь назад,

Что впереди меня ждут

только море,

Только Твои Глаза.

 

Елена Королева

 

 

Фото из личного архива автора и с официального сайта Храма Святого праведного воина Феодора Ушакова в п.Новофёдоровка (Крым) https://www.hram-novofedorovka.ru/.